Мне захотелось сменить тему.

«Мария, откуда ты знаешь русский?»

«Ты видимо уже забыл, какое количество русских разговорников раскидано по нашему дому».

Этого я действительно не помнил.

«И не вспоминай, я все сожгла».

До вылета последнего самолета в Нью-Йорк оставалось часа три. Следующий был только утром. Я попробовал отвлечь Марию, напомнил о сувенирах, которые накупили мои люди, по ее списку. В результате строгой сортировки у меня осталась ровно половина. Мария свалила «лучшее» в пустой чемодан и выпалила.

«Поехали…»

Мы возвращались в Шереметьево. Отмытый от грязи джип оказался «лэндровером». Мария оставила охранников при чемоданах, а сама направилась в зал прилета. По аэропорту прозвучало объявление о посадке рейса из Франкфурта. Жена-невеста прислонилась к таксофону, и мы стали чего-то ждать. Минут через пятнадцать у проходных турникетов замаячили прилетевшие пассажиры. Наконец она вспомнила про меня.

«Роберт, я смогу спокойно уехать, если буду уверена, что твоя жизнь в надежных руках.»

«Ты хочешь сказать, что сейчас мы встречаем какие-то надежные руки?»

Не ответив Мария, вдруг замахала руками. От группы одинаково благообразно одетых европейцев отделился неприметный человек и зашагал к нам такой же неприметной походкой. Мария поздоровалась с ним первой. Следующей была моя очередь.

Мария улетела, как обещала, этим же вечером. На прощанье она прошептала:

«Боби, ты же знаешь, все, что я люблю, можно пересчитать, на пальцах. И я не хочу, их терять. Послушайся, пожалуйста, мистера Шайдлека. Кстати, твой папа нас скоро удивит».

Мистера Шайдлека Мария представила, как своего бывшего клиента, а также очень авторитетного специалиста, которому ничего не надо платить. В машине я у него поинтересовался за что не надо платить. Он ответил: