Клифланд Первый ввязался в проект глобальной спутниковой системы. Вскоре в мой Вашингтонский офис зачастили делегации из Восточной Европы. В основном, русские. Или, как у них там говорят, новые русские, кто их разберет.

Как я и предполагал, уехать в Россию в первый раз было гораздо проще, чем второй и третий. Два месяца жизни глаза в глаза утомили мою невесту. Она пошипела для приличия, но мнение выразила одобрительное.

Наскоро оценив столицу русских, я вспомнил совет Отца и начал подбирать площадку для возведения гостиницы. Оказалось, что в Москве все уже выбрано и ждали только денег. Я еще не успел наловчиться открывать замысловатые окна в квартире, арендованной на Кутузовском проспекте, как у моей гостиницы появились собственные окна. Когда на флагштоке перед парадным подъездом подняли американский флаг, мне показалась, что мир, который мне нужен, можно построить и здесь. Праздновать открытие отеля «Корона Республики» я отправился домой. Свадьбу пришлось отложить еще раз, потом еще и еще.

Три года просвистели, как три пули, угодив куда надо. За это время я открыл в Москве достаточно солидное представительство фонда, построил еще пару гостиниц у Черного моря (это на юге России), заложил бизнес двух радиостанций, расширил поставки американского оборудования и русского металла.

Теперь я считал, что научился вести дела в этой странной стране. Самое главное я наловчился заранее определять, с кем надо делиться и в какой последовательности. А здесь это действительно самое главное! Если допускать, чтобы люди просили сами, то отдавать приходилось много больше, и в самое неподходящее для расходов время. В среднем я появлялся в России, три-четыре раза в год, но раз от раза срок моего пребывания многократно увеличивался. Последствия задержек приходилось гасить долгими телефонными разговорами с Марией. И всякий раз я отбивался забавной русской поговоркой: «Долго запрягают, но быстро ездят».